Мода и балет. Часть 1.

Балет и мода — два восхитительных явления. Что их связывает? Моя статья в всежем номере журнала Where Minsk именно об этом.
Эдгар Дега. Генеральная репетиция балета
На первый взгляд мода зависит от балета, как и от любого другого вида

искусства. На подиумах и гардеробах появляются платья импрессионистической раскраски, кубистской формы и в абстрактной стилистике. Искусство даёт сотни идей и инспираций для моды, а вот сама мода, похоже, способна только брать и использовать. Правда, в дуэте мода-балет исторически сложилось взаимопонимание и взаимодействие. Доказательство тому – балетки на изящных ножках модниц и наряды “haute couture” на балетной сцене.  

 
Рекламная кампания Английского Национального балета

Как истинное искусство, балет заставляет зрителя переживать те высокие эмоции, которые недоступны в повседневной жизни. Мода же, наоборот, создаётся для того, чтобы приносить вполне земную радость от обновления гардероба и эффекта, производимого на окружающих. И вот, балет и мода сходятся в общей плоскости – мастерство хореографа, умения танцоров, оригинальность сюжета – меркнут, если наряды серы или бесцветны. Но каким волнующим зрелищем предстает балет, когда зритель видит гармонию танца и декора!
 

Этот маленький секрет хорошо знал устроитель “Русских сезонов” в Париже театральный деятель Сергей Дягилев. О спектаклях его труппы во Франции говорили: ” это чудо восхитительнейшего равновесия между движениями, звуками и формами”. И не случайно, ведь над балетами работали не только знаменитые хореографы и танцоры, но и художники с мировой славой – Леон Бакст, Александр Бенуа, Николай Рерих. Впервые в истории балета декорации и костюмы постановок обсуждались наравне с хореографией. Да что и говорить, сценические образы “Русских сезонов” породили в Европе, а позже и в Америке, новую массовую моду – увлечение Россией и Востоком.

    
Портрет Сергея Дягилева работы Леона Бакста. Эскиз Леона Бакста к “Шехерезаде”

В Доме моды парижского кутюрье Поля Пуаре настоящий ажиотаж! Только вчера на сцене Гран Опера показали “Шехерезаду”, а сегодня утром клиентки Дома наперебой разъясняют мастеру свои пожелания. “Поль, будьте так любезны сделать мне тунику с таким ориентальным орнаментом, как в первом акте, и тюрбан, как в конце второго, но из серебристой ткани! И я вас очень прошу, как только можно скорее! Буду безмерно благодарна!” – кокетливо щебечет одна немолодая особа. Пуаре благосклонно кивает головой, благо, он тоже был на премьере и понимает, к чему клонит мадам.
Наряды работы Поля Пуаре
Эта волна желания подражать балеринам со сцены была только началом урагана моды, вызванного русским балетом. Параллельно с премьерами балетов “Половецкие пляски”, “Петрушка”, “Весна священная” на званых ужинах и вечеринках всё чаще появлялись дамы в шикарных мехах “а-ля рюс”, в платьях с золотой вышивкой и головных уборах с перьями. В последствии Поль Пуаре, вдохновлённый экзотикой славянской и восточной культур, создал целую серию нарядов. И это тоже стало своего рода революционным шагом – в моде появилось понятие коллекции одежды, исполненной в одном стиле.

Эскиз к балету “Петрушка”

Благодаря актёрам “Русских сезонов” изменилось и представление о том, как должна выглядеть балерина. Анна Павлова, звезда Большого театра, впервые исполнившая знаменитую миниатюру “Умирающий лебедь”, была признана новым эталоном актрисы балета.
Анна Павлова. Миниатюра “Умирающий лебедь”
Средний рост, худощавое телосложение, тонкие и длинные ноги. Сложно представить, но до Павловой балерина была хорошо сложена и вполне упитана. Безусловно, новая мода предполагала, что балерины будут выполнять все те же сложнейшие па и пируэты, что и их хорошо сложенные предшественницы. Кроме того, среди начинающих балерин из Англии стало модным брать русские имена и фамилии. Кстати, влияние Анны Павловой распространилось не только на балет. Впечатлённые зрители называли именем балерины торговые марки духов, одежды, шоколадных конфет. Австралийцы же назвали её фамилией традиционный десерт – торт-безе со свежими фруктами – Pavlova.

Балерина Анна Павлова.
 

Вклад “Русских сезонов” в моду, бесспорно, велик. Возможно, в современной моде не было бы многих великолепных находок, не решись Сергей Дягилев в 1909 году бросить силы на покорение Парижа. Однако один из самых интересных для моды балетных инструментов появился задолго до русской труппы. Это – многослойная юбка-пачка. Её прообраз представил в 1832 году на сцене Парижского театра Оперы и балета Эжен Лами.
Танцовщицы в белоснежных туниках из балета “Сильфида” буквально порхали на сцене. Французские модницы сразу же подметили эту деталь и с удовольствием позаимствовали у балерин воздушную шаль. Позже, когда для постановок стали выбирать фантастические сюжеты, прежняя туника стала набирать “пышность” для зрелищности и приобрела форму колокола. Здесь её и заприметили модельеры. На подиумы вышли модели в пачках всех цветов радуги, с оборванными краями, в сочетании с военными ботинками, бейсболками и футболками. Самый яркий такой образ последних лет – Сара-Джессика Паркер в заставке к сериалу “Секс в большом городе”. Для прогулки по городу она надела платье, где соединены пачка и простая майка без рукавов. Очень в духе “Большого яблока” – демократичного и эпатажного одновременно.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s