ЖЗЛ=ЕКАТЕРИНА РОЖДЕСТВЕНСКАЯ́=

Екатерина Робертовна Рождественская родилась 17 июля 1957 года в Москве. Образование высшее, окончила МГИМО. Профессиональный переводчик художественной литературы с английского и французского языков. Переводила романы Дж. Стейнбека, Джона ле Карре, Сиднея Шелдона, Сомерсета Моэма и др.
В 1999 году Е. Рождественская начала серию фоторабот в журнале “Караван историй” под названием “Частная коллекция”. К концу 2001 года в проекте было снято более 200 человек, среди которых – известные российские политики, телеведущие, актеры, журналисты.
Замужем, имеет троих детей.
Новые проекты, созданные Екатериной Рождественской в 2001 году – “Реинкарнация” и “Ассоциации”. Готовится выход еще двух проектов.Профессиональный фотоаппарат первый раз Катя взяла в руки в 40 лет. Как сама говорит, до этого просто мучилась тяжелым, глухим бездельем. Сидела дома, детей воспитывала, мебель переставляла. Короче, как говорят поляки, была “курой домной”.
– Я всю жизнь ходила в “дочках Рождественского”. Меня это не угнетало, но хотелось по-своему поддержать имя отца. Я рисовала, выращивала в саду какие-то безумные баклажаны, фрукты экзотические. Дома у меня все цвело. Но СВОЕГО дела у меня не было.
Сначала своим делом Катя выбрала перевод.
– После МГИМО я пошла работать в Гостелерадио. Скучнейшая работа, полно бездельников. Я тогда втихаря и начала переводами заниматься. Словари в столе держала, чтобы начальница не засекла.
Бросив скучную контору, Катя стала профессиональным переводчиком с английского и французского языков. Она первая в нашей стране перевела Сидни Шелдона, переводила Ле Карре и Моэма.
Но и переводы ей со временем надоели.
– Это работа, не удовлетворяющая честолюбие. Потеешь, сидишь, обложенная словарями, а результат – мелко набранная фамилия переводчика в конце книги. И – гонорар, который проедается за неделю. Я одна кормила семью. Мужа тогда выгнали из “Огонька”. Работы он лишился по приказу Александра Яковлева, потому что написал статью, как плохо глубинка относится к перестройке. Короче — неработающий муж, двое детей, которые есть хотят. Не очень сладкая жизнь. Длилось это долго. Года два.
Очень личное
– Как вы с будущим мужем познакомились?
– У нас был курортный роман. Мы с родителями поехали в Дубулты, в Дом творчества. Димка тоже отдыхал там. На курорте замечательный климат для знакомства, романов. Потом обнаружилось, что мы учимся в одном институте: я – на “международных отношениях”, а он – на “журналистике”. Той же осенью мы поженились.
– Как родители перенесли ваш скоропостижный брак?
– Они были рады! Димка у нас практически жил. Каждый раз надо было давать ему трешки и десятки, чтобы он вечером до дома добирался, так чего уж…
– Получается, у вас в семье – мужской коллектив: муж и трое сыновей. Сколько наследникам лет?
– Семнадцать с половиной, четырнадцать и два с половиной.
– Третий ребенок – запланированная акция?
– Можно сказать – да. Очень хотелось девочку, но получился замечательный мужичок.
– Помните свой переходный возраст?
– Я была очень стеснительная, замыкалась в себе. Многие комплексы во мне развила школа. Мне часто напоминали: “Ты же дочка Рождественского!”. Я боялась выходить к доске. Боялась ответить. Я не здоровалась с людьми. Когда приходили гости, глядела волчонком. Короче, была отвратительная.
– Как вас родители воспитывали? Кто был злым следователем, а кто – добрым?
– Оба полицейских все время были в отъезде. Меня бабушка воспитывала. Папа воспитывал своей добротой, спокойствием, никогда не наказывал.
Вся жизнь – борьба
Катя из тех, кто не понимает, как можно жаловаться на жизнь, ныть и говорить, что тебе не везет.
– Если я окажусь без работы, все равно что-нибудь придумаю, буду что-то делать. Когда мама лежала в больнице, я устроилась туда работать нянечкой, мыла полы, порядок наводила. А что в этом такого?
После переводов Рождественская занялась “квартирным вопросом”.
– Был в моей жизни момент, когда я открыла… агентство по недвижимости. Днем носилась с клиентами, показывала квартиры, вечером садилась за переводы.
Работа в агентстве помогла встать на ноги. Катя даже сумела заработать и построить небольшой дом, который… сгорел.
– Было утро, воскресенье, мы смотрели фильм “Цирк сгорел, а клоуны разбежались”. Что-то замкнуло в проводке. Дома не стало за какие-то минуты. В огне погибли папина библиотека и архивы, фотографии из детства. Этого мне жалко больше всего.
“Переводы отбили страсть к литературе”
– В одном интервью вы сказали: “.я не фотограф и не художник.”.
– Я всегда так говорю, чтобы не приставали. Достали просто! Пусть домохозяйкой зовут. Я же не профессионально занимаюсь фотографией, поэтому фотографом себя назвать не могу.
– С кем-нибудь из фотографов общаетесь?
– Ни с кем.
– Как к литературе относитесь?
– Переводы отбили к ней пламенную страсть. На мне в этом отношении Бог отдохнул. Что-то, конечно, я читаю, но авторов не запоминаю.
– Вы, говорят, не курите и не пьете. Это результат воспитания или убеждение?
– Скорее, убеждение. У моих родителей в доме всегда было много народу и очень накурено. Поэтому к запаху табака испытываю отвращение. Белое вино выпить могу, но мешаю его с водой.
О работе
– Как все-таки родилась идея проекта “Частная коллекция”, который сделал вас известной?
– Мы с мужем были на “ТЭФИ”. Там фланировали жены-красавицы наших олигархов и телеведущих. Муж (президент издательства “7 дней” Дмитрий Бирюков. – “Известия”) и говорит: “Вот кого на обложки снимать надо!”. Сначала я сняла одну из своих подруг на мотив картины Серебряковой “За туалетом”. Как я готовилась! Бегала по антикварным магазинам, скупала флакончики, бусы, чтобы все было с точностью до миллиметра. Потом сняла еще человек десять и показала снимки мужу. И тут мы поняли: из этого кое-что интересное может получиться.
– А бывает, что люди отказываются у вас сниматься? И почему?
– Причины разные. Например, Терешкова сказала: “Я не люблю переодеваться!”. Что делать… военный человек. Познер отказался: мол, рядиться ему не к лицу, он-де ведет серьезную политическую передачу. Но самый большой шок вызвал у меня отказ Янковского. Он ответил в очень грубой форме. Такого хамства от него, заслуженного и обласканного славой, никто не ожидал. Был и такой случай. Мы сняли Роксану Бабаян в образе испанки. Ей не понравилось. Она говорит: “Получилась не молодая испанка, а старая армянка”. Все было корректно. Расстались друзьями.
– Занимательно, наверное, общаться со звездами “в живую”?
– О! Иной раз такого насмотришься! Чем меньше звездочка, тем больше свита! Некоторые с охраной в туалет ходят. Лица вокруг звезд бывают такими низкопробными, что диву даешься: откуда такие?
Карнавал продолжается
– В доме ваших родителей звезды не переводились. Не возникало желания пригласить сниматься того же Евтушенко или Ахмадулину? Вы же их с детства знаете.
– Евтушенко кобенится. Я нашла ему великолепный образ – Людовика ХП. Евтушенко затребовал его биографию. Ему нужен обязательно знаменитый образ, с воинскими достижениями и победами на “женском фронте”.
– Что будете делать, когда известные морды кончатся?
– Морды не кончаются. Появляются сериалы. А человек, снятый в сериале, уже герой России. Я и сама думала, что наш карнавал долго не продлится, а вот уже почти пять лет работаем – и ничего.
– Родные вмешиваются в ваш творческий процесс?
– Мама присутствует на каждой съемке, вот тут на стуле рядышком сидит. Создает домашнюю атмосферу. Средний сын участвует в моем проекте “Мечты детства”.
– А муж?
– Иногда делает замечания по работе. Я обижаюсь. Бывает, разговор еще не начался, а я уже обижена. Например, он безумно испугался, когда я сфотографировала обнаженного Газманова. Сказал: “Читатели нас не поймут!”. Читатели поняли. Газманов замечательно сложен, дай бог, чтобы каждый мужчина в 50 лет мог так выглядеть.
– Многие говорят, что вы действительность лакируете.
– А такую действительность полакировать не грех. Никакого лака не хватит, чтобы все вокруг приукрасить.
– Каким фотоаппаратом вы сейчас снимаете? Сколько он стоит?
– Это “Контекс”, стоил он больше 2,5 тыс. долларов. Купила я его на свои деньги. Его цена и сподвигла меня на то, чтобы получить какую-то отдачу. Стоил бы мой фотоаппарат долларов двести, я, может быть, и не стала бы пускаться в подобные авантюры.
Катя очень любит прелестную мелочь, придающую жизни особые краски и вкус. Говорит, это у нее от бабушки, маминой мамы. А бабушка у Кати была уникальная. Опереточная актриса, между прочим, снималась вместе с Орловой в фильме “Цирк”.
– Это была замечательная баба! Ее все звали Лидка (Лидия Киреева. – “Известия”), потому что она была удивительно легким человеком, буквально излучала счастье. Говорила: “Какое счастье, что светит солнце!” или “Какое счастье, что дождик пошел!”. К сожалению, никто в нашей спокойно-мрачной семье этой лучезарности не перенял. Лидка была другом и для маминых, и для папиных друзей. И для моих. Она обожала всякие женские штучки: шляпки, бантики, флакончики, и эту любовь к вещам передала мне по наследству.
Недавно Катя сделала очередную удивительную покупку – женский ботинок начала прошлого века. Ботинок действительно красивый – черный, кожаный, высокий, со множеством заклепочек. Но… один. Занимает он почетное место в маленьком музее Катиной студии – вместе с кованой турецкой лампой, рыцарскими доспехами и множеством симпатичных, покрытых налетом времени ненужностей.
В 2001 году Екатерина приняла участие в работе над серией “Самые красивые люди мира”, организованной газетой “Семь дней”. Е. Рождественская снимает обложки для журнала “Караван историй” и газеты “Семь дней”. Родила сына Данилу Дмитриевича.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s