“Астарта” – мой ориджин ГЛАВА 10

ГЛАВА 10
Очнулся я от ощущения чего-то холодного и влажного на своем лице, а точнее, на лбу и, в противовес, чего-то теплого и мягкого, прижимающегося к моему боку. Глаза открылись неохотно, но все же открылись, что было прогрессом. Их взору предстало ласковое утреннее солнце, лучи которого с трудом пробивались сквозь густую листву крон деревьев.
Отлично, значит, сейчас утро. Но что было вчера вечером? Почему я вырубился? Хмм… странно. Что-то память мне отказывает.
Так, ладно. Соберись, Аминэс! Что я помню? Встреча с Фло, обнаружение факта, что он дракон и вовсю меня “эмпатит”, разговор с Мидиалу, признание дракончика, что он и есть тот самый “воришка”… а потом… черт, все смазывается! Что же случилось?
– Ами, ты как? – Послышался рядом обеспокоенный голос Сабина.
Я немного повернул голову и узрел над собой склоненное лицо брата. Брови нахмурены, платиновые прядки волос растрепались, в синих глазах поселилась тревога, а левая рука прижимает к моему лбу влажный компресс, составленный из каких-то тряпок.
– Вроде нормально… – неуверенно отозвался я, и повернул голову в другую сторону. Слева от меня обнаружился сладко посапывающий Фло, прижимающийся к моему боку. Хмм… так вот что меня грело. – Только… что вчера произошло?
– Ты не помнишь? – Тревожно спросил Саби.
Гениальный вопрос! И так очевидно, что нет. Взглянув на брата, я просто покачал головой. Тот вздохнул, и уже было открыл рот для ответа, как его перебил другой голос:
– Откуда ты знал мое имя?
Сначала я не понял, отчего замерло сердце, а затем продолжило работу с утроенной скоростью, и почему прервалось дыхание. Но потом…
Я рывком вскочил на ноги, разбудив Фло, и в шоке уставился на говорящего. Меж корней старого дуба, с перебинтованной грудью и в затертых, грязных, порванных джинсах, сидел ОН. Молочно-золотистая, лишь слегка загорелая кожа, медные и длинные, по пояс, волосы, заплетенные в растрепанную косу, орехово-рыжеватые глаза, родные черты лица…
Я почувствовал, как сознание вновь начинает меркнуть, и как тело заваливается назад…
– Ну, нет, не снова! – Простонал Сабин, подхватив меня и отвесив несколько звонких пощечин. – Ами… Ами! Аминэс!!!
Темнота неохотно расступилась, и я также неохотно отпустил ее. Черт, как же я хотел сейчас пребывать в блаженном обмороке!
Господи Единый, боги и все демиурги! Как такое может происходить?! Мой брат, мой родной брат, тот, кого я подсознательно до сих пор считал единственным истинным братом… Феликс… мой Феликс… мой близнец, моя половинка… он здесь.
Мысли хаотично метались в голове. Хотелось кинуться, обнять его, целовать лицо, руки, все до чего я мог дотянуться… Последняя мысль отрезвила меня. Вот именно, что “мог”, а не “могла”. Я не девушка, не Астарта, не его сестра. Он меня не узнает. Попросту не узнает. Больно. В душе полоснули свежезаточенным скальпелем. Но правда.
Соберись, Аминэс. Потому как именно сейчас понадобится все твое актерское мастерство. Не чтобы обдурить торговца или вести политические интриги… а чтобы скрыть правду, когда сердце разрывается от боли, на глаза наворачиваются слезы, а ты должен предавать всех и себя во благо.
Рядом кто-то всхлипнул. Я недоуменно обернулся и увидел дрожащего Фло, широко распахнутыми глазами смотрящего на меня. Вот черт, он же ощущает все мои эмоции!
С трудом успокаиваюсь, сосредотачиваюсь на своей нежности к этому маленькому несмышленому созданию и “посылаю” ему теплую волну. Фло, словно ребенок, тут же расцветает улыбкой и прижимается ко мне, обнимая. Рассеянно поглаживаю его по худенькой спине, сам удивляясь той нежности и ласке, которые чувствую по отношению к нему.
– Так откуда ты меня знаешь? – Повторяет свой вопрос Феликс.
Я сглатываю, стараясь не смотреть на него, и сконцентрироваться только на Фло.
– Я… я тебя не знаю. – Еще одно вранье, в которое нужно поверить самому, дабы убедить и других. Только так это работает. – Просто… ты напомнил мне одного человека.
– Да? – Голос так и сквозит насмешкой. – И кого же?
Набираюсь смелости и смотрю в эти умные подозрительные глаза, которые, казалось, пронизывают меня насквозь. Глаза, обладателем отражения которых когда-то был и я.
– Это не важно. – Черт, знал бы кто-нибудь, чего мне стоит это спокойствие в голосе. – Этот человек умер.
Феликс моргнул и отвел взгляд.
– Прости. Но просто странно, что ты назвал меня по имени. Насколько я успел узнать, в этом мире несколько другие имена.
– В этом мире? – Специально делаю акцент на последних словах, хотя отлично понимаю, что брат имел в виду.
– Он попадалец. – Вмешивается в разговор Мриан, все это время сидевший чуть поодаль и задумчиво наблюдавший за мной. – Я слышал о паре случаев, когда в Изаар попадали из других миров, но они настолько редки, что не подлежат огласке.
– Да, я тоже слышал. – Киваю с напускной серьезностью. Ох, не только слышал, господа. И сам “попадал”, хоть и несколько иным путем… – А как ты сюда попал? – Это уже адресую Феликсу. Мне действительно до чертиков интересно узнать, как брат попал в Изаар.
Темные брови хмурятся, и я заслуживаю взгляд исподлобья.
– Предпочитаю об этом не говорить. Впрочем, так же, как и ты о том, на кого я похож. – Саркастично заканчивает он.
К легкому раздражению примешивается волна нежности: а он совсем не изменился… блин, кто бы мог подумать, что я заболею ностальгией к его насмешкам и язвительности?
– Ладно. – Легко соглашаюсь. Мриан подозрительно смотрит на меня – неужели я так просто сдамся? Правильно делает, что сомневается. – Но мне нужно знать, где, когда и при каких обстоятельствах ты обнаружил Фло.
– Фло? – Феликс недовольно посмотрел на меня, словно разрываясь между возмущением из-за того, что я что-то от него потребовал, и удивлением.
Я запустил пальцы в растрепанные серебряные волосы драконенка, все еще прижимающегося ко мне, и ответил:
– Его зовут Фло. Как я понял, он был в рабстве, после чего ваши дороги каким-то образом пересеклись и ты даже нес его на руках половину пути, когда тот был слишком слаб.
– Как ты все это узнал? – Пораженно спросил брат.
– Фло рассказал.
– Мда? А то, что он вообще не разговаривает, для тебя не проблема? – Ехидно уточнил Феликс. – И даже, кажется, ничего не понимает…
– Должен тебя огорчить. Он прекрасно разговаривает и все прекрасно понимает. Правда, лишь на одном… вымершем языке. – Я вздохнул, пытаясь в деталях вспомнить ту сказку насчет нашего с Фло “взаимопонимания”, которую рассказывал вчера вечером. – Понимаешь, я ученый и изобретатель. Недавно я создал заклинание, позволяющее понимать все языки этого мира, а за неимением подопытных, испытал на себе.
При словах “ученый” и “изобретатель”, глаза Феликса потемнели от горя, а у меня вновь что-то болезненно сжалось в груди.
– Пусть заклинание, но… я вообще не слышал от этого мальчишки ни звука за всю нашу дорогу! – Упрямо запротестовал Феликс.
– Рабский ошейник. – Коротко ответил я, уже обдумав эту странность вчера вечером.
– Что? – Он вскинул голову.
– У него на шее, судя по следам, был рабский ошейник. И сопоставляя тот факт, что Фло заговорил, лишь когда я полностью исцелил его, в ошейник была встроена функция временной немоты. Такое применяют к особо строптивым рабам. Пока на Фло оставалась пускай даже маленькая царапина, причиненная ошейником, он был немым.
Брат удивленно покачал головой.
– Блин, все в вашем мире не по-людски… – буркнул он. – Заклинания, рабские ошейники…
– Привыкай. Ты тут навсегда. – Насмешливо отозвался полудемон.
– Что?! – Подскочил Феликс, но поморщившись, очевидно от боли в ране, сел обратно. – Неужели нет… какого-нибудь способа попасть обратно?
– Есть.
– Нет. – Ответили мы с Мрианом одновременно и подозрительно уставились друг на друга.
– Аминэс… – почти что пропел он. – Вот только не говори, что это очередное твое изобретение, ни за что не поверю.
– Мриан, – в свою очередь протянул я, – ты страдаешь потерей памяти?
– О чем ты? – Нахмурился мужчина.
– Ай, как не хорошо, – прицокнул языком я. – Сам же мне это и рассказывал несколько лет назад.
Полудемон нахмурился еще больше, что казалось уже невозможным, но фактом. Затем в янтарно-алых глазах засветилось понимание, а потом он поглядел на меня как на душевнобольного.
– Но это же сказка! – Воскликнул он.
– И почему же? – Невозмутимо поинтересовался я.
Феликс открыл было рот, чтобы что-то вставить, но я взглядом попросил его замолчать. Рот захлопнулся, а брат шокировано посмотрел на меня. Вот черт, опять лопухнулся. До меня довольно поздно дошло, что я использовал тот же взгляд и ту же мимику, что и в прошлой жизни. Люди порой говорят, что близнецы понимаю друг друга с полувзгляда. Это так. Вот только я сейчас не его близнец. А у Феликса, скорее всего, сию секунду происходит острый приступ дежа вю.
– Да потому что драконов не существует! – Воскликнул Мриан, не обратив ни малейшего внимания на то, что только что произошло.
Я лишь широко ухмыльнулся, насмешливо глядя на него, и наблюдал, как меняется выражение его лица.
– Не бывает. – Мотнув головой, упрямо повторил он.
– И кто тебе сказал? – Почти что промурлыкал я.
Фло, словно почувствовав, что разговор касается и его, чуть отстранился от меня и удивленно перевел взгляд на Мриана.
– О чем он говорит? И почему тебе весело? – Тихим голосом спросил малыш.
– О, просто Мриан только что очень меня насмешил. – Ласково посмотрел я на мальчика. – Представь себе, он сказал, что нас не бывает!
Фло взглянул на мужчину, как на умалишенного, заставив меня таки засмеяться.
– Ами, что происходит? – Хмуро спросил молчавший до этого Сабин.
Я перестал смеяться. А может – ну его? Рассказать? Ведь это все равно всплывет, когда я стану совершеннолетним. Огляделся.
– А где все?
– Господа эльфы пошли на охоту, – начал Саби, – Важий, Като и Тамос отправились вместе с ними проследить, дабы у остроухих хватило смелости убить “несчастное животное”, Эльдонин и Фианит прочесывают окрестности на предмет кого-нибудь зубастого и красноглазого, а Мидиалу пошел за лекарственными травами для Феликса и…
– И уже вернулся. – Донесся спокойный голос единорога откуда-то сверху. Я поднял взгляд и увидел его расслабленную фигуру, подобно дикой кошке растянувшейся на ветке дерева. – Должен признать, что довольно интересно было вас слушать.
– Миди, слезай, – беззлобно попросил я, – и поставь антипрослушивающий круг.
Единорог внимательно поглядел на меня и легко спрыгнул с высоты, приземлившись бесшумно и мягко, словно кошка. Что-то сравнение с семейством кошачьих уж больно часто вертится в моей голове…
– Собираешься, наконец, раскрыть правду? – Тихо спросил он, ставя барьер.
– Ага. Пора уже.
– О чем вы говорите? – Послышался напряженный голос полудемона.
Я взглянул на его растерянное и немного рассерженное лицо и улыбнулся.
– Сейчас узнаете. Миди, готово?
– Угу.
Единорог вплел последнюю силовую завитушку в заклинание и невозмутимо уселся рядом со мной. Мне даже показалось, что он хотел меня обнять, но в последнюю секунду почему-то передумал. Ясно почему. Это просто удивительно, учитывая, что мы путешествуем вместе так долго, что еще никто не знает о наших… “отношениях”. Впрочем, Мидиалу явно не собиралась объявлять об этом во всеуслышание.
– Прежде чем я начну, кто-нибудь, наложите на Фло чары понимания языка, а то давно пора бы уже…
Мидиалу тяжко вздохнул (и то понятно – только присел, а уже подрывают), и просто дотянулся до мальчика, кладя ладонь на его лоб и тихо шепча магическую формулу. Рука окуталась приятным нежно-зеленым сиянием, затем Фло коротко вскрикнул от боли и отдернулся, но чары уже были наложены.
– За что? – Обиженно прошептал Фло уже на международном Изаарском.
– Извини, малыш, я попросил Мидиалу сделать это, чтобы ты теперь понимал всех. – Я успокаивающе прижал его к себе, обнимая.
Мальчик вначале нахмурился, но потом его лоб разгладился и он вздохнул.
– Ладно… но больше не будет больно? – Боги, такая невинность во взгляде… я думал, что те, кто были рабами, уже никогда не будут смотреть на этот мир так наивно и по-детски. Я рад, что был не прав.
– Нет, не будет, я обещаю. – Раскидываться подобными обещаниями грех, но я ведь не раскидываюсь. Я действительно сделаю все, чтобы ему никогда не было больно. Фло счастливо улыбнулся.
Остальные удивленно наблюдали за нами. Ах да, они ведь раньше не понимали, что говорит мальчик. И сейчас стопроцентно удивлены этой “семейной” сценой.
– Итак… – буркнул я себе под нос, нервно запуская руку в свои волосы и ероша челку. – С чего бы начать?
– С начала. – Посоветовал Мриан, отнюдь не дружелюбно глядя на меня.
Ха-ха, господин полудемон. Боюсь, что с самого начала никто и никогда не услышит эту историю. Во всяком случае, не от меня. Но все же нет-нет, а советы он дает дельные…
– Саби… – позвал я.
Брат встрепенулся, перевел взгляд от проползающей улитки, которую задумчиво созерцал, на меня и вопросительно приподнял бровь.
– Что?
– Ты же знаешь, что мы с тобой братья только по матери, а отцы у нас разные?
– Это половине Слэна известно, – весело фыркнул Саби, – И это довольно сильно подпортило репутацию отцу.
– Согласен, – я аж довольно улыбнулся, вспоминая процесс этой “порчи репутации”, который, в принципе, начал я сам, четырехлетнем ребенком на балу пожаловавшись какой-то дамочке на то, что “отчим меня ненавидит”. Салиан был в бешенстве. – Но ведь никому неизвестно, кто был моим настоящим отцом?
Все помотали головой, а Феликс тихо по-русски буркнул: “Бразильский сериал, е-мое”. Да-а, братик, правду говоришь.
– А разве тебе самому известно? – Удивленно воскликнул Саби. – Мать ведь никому не говорила и не оставила никаких следов… и почему ты мне не рассказал? – Последнее уже обиженным тоном.
– Сабин, я узнал не кто был мой отец, а всего лишь его расу. – Ага, всего лишь. Классное “всего лишь”. – А почему тебе не рассказал… сам сравнительно недавно узнал.
– Ну и кем он был? – С живым интересом спросил брат.
Я поглядел на Мриана, на лице которого уже постепенно проступало понимание и в связи с ним шок, недоверие и даже некоторое опасение. Неожиданно на меня напала некоторая опаска – а вдруг Сабин тоже будет на меня так смотреть, когда узнает? Почему-то это меня сильно тревожило. Я умоляюще взглянул на единорога, и тот все понял. Кивнув, он принял эстафету повествования:
– Когда я встретил Аминэса, то, естественно, почувствовал в нем нечеловеческую кровь. Я спросил кто он, но он не сказал. Позже я узнал, что никакие заклинания распознавания сущности на него не действуют, и предложил… свою помощь. – На последних словах я получил ну, о-очень подозрительный взгляд от полудемона, уже оправившегося от шока. Что ж, в правильном направлении думает. – Я, как представитель довольно древней расы, знаю множество заклинаний, неизвестных больше никому, кроме единорогов. И одному такому заклинанию я научил Аминэса.
– Что, вот просто так, безвозмездно? – Еще более подозрительным тоном, на грани обличительного, поинтересовался Мриан. – Древнейшему заклинанию?
Видно было, что единорог уже собирался резко ответить, но я перебил его, сказав полуправду:
– Разумеется, нет. За столь ценное знание, я тоже преподнес ценный дар. – Ага, блин, девственность. Ну и комизм… Взглянул на Мидиалу, также готового рассмеяться и решил, что если уж рассказывать все начистоту, то можно добавить еще несколько фактов: – Не буду сейчас говорить как, но можно сказать, что… ммм… я продлил ему жизнь неким образом.
Глаза Мриана из подозрительных вновь стали шокированными, впрочем, не только у него.
– Н-но это же… это же невозможно! – Пролепетал Саби.
– Когда дело касается Аминэса, все возможно. – Буркнул единорог.
– И что же вы узнали, когда применили это заклинание? – Вернул нас к теме разговора Феликс, также помимо воли заинтересовавшись происходящем.
Я поглядел на полудемона.
– Ты ведь уже все понял, не так ли? – Тихо спросил я.
Тот некоторое время просто смотрел на меня задумчивым взглядом, а потом так же тихо ответил:
– Я хочу услышать это от тебя.
– Что ж… – вздохнул. Итак. Была – не была: – Я наполовину дракон.
Мертвая тишина. Добить их, что ли?
– А Фло – чистокровный дракон.
Занавес.
***
Похоже, купание в этом озере с просто божественным водопадом, напор струй которого снимал всю усталость и грязь, стало для меня некой традицией. Однако сейчас меня больше волновало не купание (хотя я с удовольствием откис в воде минут двадцать-тридцать), а антиген. Так как утром я находился в бессознательном состоянии по вполне понятным причинам, то довольно сильно волновался о последствиях. Как скажется на мне его запоздалое применение? Будут ли негативные последствия? В любом случае, следовало как можно скорей вколоть себе дозу. Бр-р-р, чувствую себя наркоманом, но, к сожалению, ничего поделать не могу.
Нажав на голубенькую бусинку на браслете (это тоже уже стало традицией…), я материализовал свою “походную аптечку”, и немного поежившись от ожидаемых неприятных ощущений, которые доставлял мне антиген, открыл ее. Распечатал одноразовый шприц, наполнил его жидкостью из маленькой колбы и вколол. Но, увы, не в руку. После первого укола в сгиб локтя, я посчитал, что оставлять подобные следы на своем теле довольно опасно: если мои спутники увидят, вопросов не оберешься. Поэтому, как это ни печально, я разделся донага и вколол антиген в вену на внутренней стороне бедра. Предположительно, туда уж точно никто не будет заглядывать, хотя… А, ладно, Мидиалу скажу, что это лекарство какое-нибудь.
Я улыбнулся. Что самое интересное, я никогда не вру, в буквальном понятии этого слова. Я говорю лишь правду, но немного искажаю ее – тут недоговариваю, делаю акцент на нужных местах и вуаля – человек думает, что он хочет. А антиген и вправду для меня лекарство.
Игла вошла под кожу, впрыскивая лекарство, и меня сковал уже привычный, но от этого не менее ужасный и устрашающий холод. Холод, будто тебя погрузили в анабиоз или бросили в зимний пруд, закрыв единственное отверстие во льду крышкой люка. Ты знаешь, что тебе не выбраться и не спастись от этого холода, остается лишь покорно ждать – решит ли он поглотить тебя, либо же милосердно отступит на время.
Когда мое тело обрело чувствительность, я судорожно вздохнул.
Все-таки это до чертиков страшные ощущения. Причем, физически мне ничего не грозит, но антиген имеет какое-то странное психосоматическое воздействие, активирующее такие чувства, как ужас и страх.
Над ухом что-то мурлыкнуло, и я чуть было с головой не нырнул в воду от неожиданности. Зло отплевавшись и обернувшись, увидел вполне довольную жизнью Лу. Она азартно плескалась в воде, ослушавшись меня и приняв материальную форму. Келпи, что с нее взять.
– Иди сюда. – Строго позвал я, одновременно уничтожая шприц быстрым и не очень энергоемким заклинанием и вновь дематериализовав походную аптечку.
Лу навострила ушки и с невинной мордочкой новорожденного котенка, неспешно прошла по воде, как по суше, в мою сторону.
– Что я тебе говорил насчет того, чтобы “не принимать материальную форму”? – Прищурился я, скрестив руки.
Пантера тихо мяукнула, потершись пушистой мордой о мою щеку. Лицо тут же облепилось черной шерстью. Я фыркнул и тяжело вздохнул.
После моего громоподобного заявления о моей и Фло причастности к драконьей сущности поднялся просто неимоверный гвалт. Все спорили, кричали и я… счел самым лучшим слинять от греха подальше, оставив Фло на попечении единственного спокойного единорога. Откровенно говоря, мне даже не хотелось возвращаться.
– Аминэс! А-аминэээс! Ты где-э?! Ой! Что это?
Вот блин. Я настолько погрузился в свои мысли, что абсолютно пропустил появление Феликса, сейчас во все глаза уставившегося на Лу.
Тяжко вздохнув и подплыв к берегу, я оценивающе поглядел на брата. Применить чары легкого забвения или же попытаться объяснить?
– Это мой секрет. – Усмехнулся я, решив в пользу последнего.
– Что-то слишком много у тебя их. – Справедливо заметил Феликс, присаживаясь на траву и задумчиво глядя на меня.
– Жить-то как-то надо. – Хмыкаю. – Ее зовут Лу. В некотором роде можно сказать, что она мой охранник.
– Да? Дрессированная что ли? – С нескрываемым интересом спросил брат.
– Нет. – Я улыбнулся. Как же хорошо было вот так просто сидеть рядом и говорить! – Когда-то это была простая пантера. Но она умерла, и я взял тело на опыты. Поместил в обычный звериный труп душу келпи, немного нахимичил и… получилось то, что получилось. Даже я не знаю всех ее возможностей.
– Погоди… – Феликс шокировано уставился на меня, переваривая информацию. – То есть, ты хочешь сказать, что оживил труп, и мало того – прикрепил к нему душу магического существа?!
– Да.
– Ты… ты… – брат явно не находил слов, а затем неожиданно сразил меня наповал: – Ты напоминаешь мне одного человека.
Я вздрогнул, надеясь, что он этого не заметит.
– Что ж… значит, мы равны. Он… тоже умер? – Сглатываю. Все-таки любопытно, нашли мой труп, или нет?
– Не он, а она. – После кратковременного молчания, признал Феликс. – Скорее всего, да, хотя… она просто исчезла. Но зная ее… она просто обязана была как-то со мной связаться! – Брат яростно вырвал несколько травинок вместе с пригоршней земли и сжал в кулаке. – Я не хотел об этом думать, но… она, скорее всего, действительно умерла.
– С-сочувствую… – немного невнятно сказал я.
Это что же получается?! Мое тело не нашли?! Но тогда, что, черт побери, произошло?!!!
– Скоро узнаешь. – Довольная улыбка скользнула по красивым губам мужчины.
В тяжелые двустворчатые дубовые двери постучали. Мужчина недовольно поморщился, махнул рукой, и отражение картинки в зеркале исчезло.
– Войдите! – Приказал он.
– М-милорд, пора выезжать… – прозаикался слуга, глубоко поклонившись.
– Хорошо. Я спущусь через пять минут. – Чарующий голос был твердым, словно гномья сталь. – Свободен.
– Д-да, милорд…
Слуга вышел, а мужчина бросил последний взгляд на зеркало, сейчас вполне обычное, без каких-либо следов магии.
– Скоро мы встретимся лицом к лицу… – глубоко вздохнул он и стремительно покинул комнату с зеркалом…

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s